В общественном восприятии коррупционные правонарушения часто обобщаются понятием «взятка» без разграничения ролей участников события, тогда как в уголовно-правовом значении такие ситуации охватываются различными составами преступлений. На практике органы досудебного расследования нередко исходят лишь из факта передачи неправомерной выгоды, не учитывая процессуальную позицию каждого лица, что приводит к упрощенной и ошибочной квалификации и изменяет объем обвинения и перспективы защиты. Именно поэтому в таких производствах ключевую роль играет адвокат по взяткам, поскольку от первоначальной правовой оценки события зависит стратегия защиты и круг обстоятельств, подлежащих доказыванию.
Правовая природа статей 368 и 369 УК
Статья 368 УК устанавливает ответственность за получение неправомерной выгоды должностным лицом. Ее объективная сторона охватывает:
• принятие неправомерной выгоды;
• просьбу предоставить такую выгоду;
• вымогательство выгоды;
• получение выгоды за совершение или несовершение действий с использованием служебного положения.
Решающим признаком этого состава является специальный субъект – должностное лицо, наделенное властными или организационно-распорядительными полномочиями.
Статья 369 УК, в свою очередь, направлена на криминализацию поведения лица, которое:
• предлагает неправомерную выгоду;
• обещает такую выгоду;
• предоставляет ее должностному лицу;
• передает выгоду через посредника.
Здесь субъект преступления является общим, а уголовно наказуемым признается поведение, направленное на влияние на должностное лицо.
Таким образом, эти нормы не конкурируют между собой, а описывают разные стороны одного коррупционного механизма: злоупотребление властью и попытку повлиять на нее.
Критерий разграничения: позиция лица в правоотношениях
Ключевым критерием разграничения статей 368 и 369 является не предмет неправомерной выгоды, а процессуальная роль лица в ситуации.
Для правильной квалификации необходимо выяснить:
• является ли лицо должностным;
• использует ли оно свои полномочия как средство получения выгоды;
• пытается ли другое лицо повлиять на эти полномочия;
• кто контролирует процесс принятия решения.
Должностное лицо находится в позиции власти. Гражданское лицо — в позиции заинтересованного субъекта. Даже при наличии давления или вымогательства со стороны должностного лица поведение того, кто передает выгоду, оценивается через призму статьи 369 УК, хотя это может иметь значение для освобождения от ответственности.
Для адвоката по коррупционным делам именно это разграничение является отправной точкой построения правовой позиции: без определения роли лица невозможно обоснованно анализировать ни умысел, ни допустимость доказательств.
Типичные ситуации и примеры
На практике разница между статьями 368 и 369 лучше всего прослеживается в конкретных моделях поведения.
Пример 1. Предприниматель передает средства должностному лицу за ускорение выдачи разрешения. Должностное лицо, принимая средства, реализует служебное положение как товар. Его действия охватываются статьей 368 УК, а действия предпринимателя — статьей 369 УК.
Пример 2. Должностное лицо прямо требует деньги за непривлечение к ответственности. Гражданин передает средства под давлением. Несмотря на принудительный характер ситуации, действия должностного лица квалифицируются по статье 368, а действия гражданина формально подпадают под статью 369, хотя могут существовать основания для освобождения его от уголовной ответственности.
Пример 3. Деньги передаются через третье лицо без прямого контакта с должностным лицом. В таком случае решающим является установление того, кому адресовалась выгода и осознавали ли стороны ее назначение.
В каждом из этих случаев разница между статьями заключается не в сумме средств, а в функциональной роли каждого участника.
Субъективная сторона и значение договоренностей
Разграничение статей 368 и 369 невозможно без анализа внутренней направленности действий. Для состава преступления имеет значение:
• осознавало ли лицо связь между выгодой и служебными полномочиями;
• ожидался ли конкретный результат;
• существовала ли договоренность о поведении должностного лица.
Для статьи 368 умысел заключается в использовании властных полномочий как инструмента личного обогащения. Для статьи 369 — в стремлении достичь желаемого результата путем влияния на носителя власти.
Формальный факт передачи средств сам по себе не может определять квалификацию без установления этой внутренней направленности.
Процессуальные последствия ошибочного разграничения
Неправильная квалификация по статьям 368 или 369 влечет существенные процессуальные последствия, в частности:
• неправильное определение субъекта преступления;
• расширение или сужение объема обвинения;
• ошибочное применение специальных оснований освобождения от ответственности;
• искажение логики доказывания в суде.
Для стороны защиты это означает необходимость не только опровергать фактические обстоятельства, но и доказывать ошибочность правовой оценки события. Именно поэтому в таких делах особое значение приобретает участие адвоката по коррупционным делам, который работает не только с доказательствами, но и с конструкцией состава преступления.
Значение разграничения для стратегии защиты
Выбор между статьями 368 и 369 УК влияет не только на суть обвинения, но и на стратегию защиты, в частности на:
• линию поведения подозреваемого;
• объем и характер показаний;
• направленность ходатайств стороны защиты;
• оценку допустимости негласных следственных (розыскных) действий;
• наличие инициативы или принуждения в действиях лица;
• возможность освобождения от ответственности в случае добровольного сообщения.
Во многих случаях именно переквалификация действий изменяет перспективы уголовного производства в суде.
Разница между этими статьями заключается в правовой природе поведения лиц в коррупционной ситуации: одна норма направлена на криминализацию злоупотребления властью, другая — на противодействие попыткам повлиять на нее. Решающее значение имеет не сам факт неправомерной выгоды, а:
• роль лица в правоотношениях;
• наличие или отсутствие властных полномочий;
• содержание договоренностей;
• направленность умысла.
Совокупность этих элементов позволяет отграничить получение неправомерной выгоды от ее предоставления и обеспечить надлежащую уголовно-правовую оценку события в соответствии с принципом индивидуальной ответственности.